Защита директоров, участников и КДЛ от субсидиарной ответственности

Защита бывшего генерального директора крупного инвестиционного проекта

Данный кейс в публичном поле и публикациях СМИ связывался с одной из крупнейших финансовых пирамид и сопровождался тяжёлым репутационным фоном, были заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности большого круга лиц, включая бывшего руководителя общества. Доверителю вменяли доведение компании до банкротства, участие в убыточных решениях и неподачу заявления о несостоятельности.

Я выстроил защиту на точном разграничении периода управления, отсутствии причинно-следственной связи между действиями доверителя и последующим банкротством, а также на доказательствах того, что ключевые долговые решения принимались уже после его ухода, а в спорный период у проекта имелся актив, оценённый в многомиллиардном размере. Это позволило сформировать сильную и предметную позицию защиты в споре с высоким уровнем финансовых и репутационных рисков.

Защита бывшего члена наблюдательного совета


В рамках дела о банкротстве региональной структуры развития конкурсный управляющий заявил требование о привлечении к субсидиарной ответственности большого круга лиц, включая члена наблюдательного совета. В основание были положены безвозмездные сделки по передаче в пользу публичного образования денежных средств на сумму свыше 1 млрд рублей, 131 квартиры, а также крупные налоговые доначисления; размер требований к доверителю превышал 352 млн рублей.

Защита была выстроена на том, что доверитель не являлся контролирующим должника лицом, не осуществлял руководство текущей деятельностью организации, не инициировал спорные сделки, не подписывал их и не извлекал из них какой-либо личной выгоды. Отдельно было показано, что законность соответствующих сделок уже проверялась судами в рамках иных обособленных споров и не была поставлена под сомнение.

Защита номинального директора субъекта естественной монополии


В рамках дела о банкротстве теплоснабжающей компании — субъекта естественной монополии — было заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности ряда лиц, включая бывшего руководителя. Конструкция требований строилась, в том числе, на отдельном судебном акте по связанному спору, которым с компании было взыскано свыше 111 млн рублей; именно вступление этого акта в силу заявитель использовал как отправную точку для утверждения о наступлении объективного банкротства и возникновения обязанности подать заявление о несостоятельности.

Защита была выстроена на опровержении самой этой логики. Я показал, что наличие крупного взыскания по отдельному спору ещё не означает автоматического наступления объективного банкротства, а вывод о несостоятельности не может строиться изолированно — вне отраслевой специфики теплоснабжающей организации, динамики финансовых показателей, структуры обязательств и реальной способности должника продолжать деятельность. Дополнительно было акцентировано, что по делу ранее утверждалось мировое соглашение, что само по себе ставило под сомнение версию о безусловной и очевидной неоплатности на вменяемую дату.